Шахматы в Питере Шахматы в Питере

Предисловие

Возможно, эта книга наиболее амбициозна по сравнению с любой дру­ гой  моей  книгой.  Она посвящена Возможно, эта книга наиболее амбициозна по сравнению с любой дру­ гой  моей  книгой.  Она посвящена проблеме,  которая столь же стара,  каксами шахматы. Более того, книга предлагает пути решения этой проблемы.

Ошибки, промахи, погрешности, неточности и прочие разновидности маленьких и больших шахматных грехов — как же их можно победить? Тем более в наше быстротекущее время, когда под зорким взором все усиливающихся аналитических программ подвергается сомнению почти любой замысел, еще вчера казавшийся безупречным и не подлежащим улучшению. Игроков, не допускающих ошибок, в истории не было и не будет. Эрудированный читатель без труда отыщет в биографии каждого игрока мирового уровня, включая всех чемпионов мира, такие ходы, о которых им хотелось бы забыть навсегда. Ни одного цикла борьбы за чемпионский титул не прошло без того, что в ряде партий возникали так называемые «незакономерные» результаты. Это верно. Но речь не совсем об этом: тут важно понять, что же такое шахматное ослепление. После некоторых раздумий я предлагаю такое определение.

Шахматное ослепление (иначе говоря, зевок) — грубый и не имеющий логического объяснения промах, приводящий к необратимому и невыгодному для его жертвы изменению ситуации на доске.

То есть речь идет о самых серьезных ошибках. Сюда же относятся и соглашение на ничью в выигранных позициях, и сдача партии в выигранных или ничейных положениях.

Еще уточнение. Хотя понятие «шахматная слепота» прижилось на практике, мне кажется более точным «шахматное ослепление». Вот определение слепоты из Википедии: «Слепота — медицинский термин, подразумевающий полное отсутствие зрения или его серьезное повреждение».

Больше других мне нравится определение ослепления, данное в толковом словаре Ушакова: «Утрата способности правильно воспринимать действительность, верно оценивать происходящее». Я думаю, что к происходящему за шахматной доской явлению, которое мы обсуждаем, данное определение подходит лучше.

Может ли это явление быть вызвано медицинскими причинами? Да, так бывает. У меня случалось так: сидишь себе за доской, вроде как размышляешь о позиции, а потом внезапно позиции не видно. Темнота перед глазами. Неприятное ощущение, но все-таки мы ведем речь о другом. И фигуры внезапно начали как будто подпрыгивать на доске. Тут уже не до игры. Выжить бы. Если такое случится с читателем, тут же вызывайте врача и бросайте турнир.

В отличие от слепоты ослепление бывает кратковременным. Не постоянным и уж тем более не вечным. Именно это и происходит в шахматной практике. В конце концов, если игрок слаб настолько, что всегда ничего не видит за доской, значит, он просто не умеет хорошо играть. Какой смысл смотреть его партии и удивляться его промахам? А мы говорим о промахах сильных, настоящих шахматистов. Они могут происходить на любой стадии партии. Они могут быть связаны с утомлением, могут случиться через минуту после начала игры. Они подстерегают как потирающего руки в предвкушении победы, так и достигшего, казалось бы, спасительной ничейной гавани игрока. Зевки, промахи, просмотры, затмения, ляпы и ляпсусы — разные названия одного и того же шахматного бедствия. Наверняка читатели смогут придумать свои наименования, это не так уж трудно.

Главное — понимать, о чем речь. Ослепление — грубый промах, не соответствующий уровню игры человека, его совершившего.

Итак, явление есть. О чем речь — понятно. Кто виноват и что делать? О том, кто виноват или что виновато, поговорим чуть ниже. Пока же переходим ко второму вопросу.

Казалось бы, что тут можно поделать? Самым простым с моей стороны было бы собрать множество конфузов сильных игроков, сказать поучительно: «Не делайте так, а то будет нехорошо» и этим закончить сочинение. Такая книга могла бы принести пользу кому-то из читателей, а у кого-то вызвать лишь досаду. И та, и другая реакция была бы объяснимой и оправданной, но мне хотелось большего. Помочь читателям — вот моя цель.

Как говорит мой друг Валерий Пономарёв: «Основа успеха — своевременно проведенная инвентаризация». Это мудро, иначе можно изобрести то, что давно известно, и насмешить мир, у которого поводов посмеяться и без меня достаточно.

Для начала захотелось посмотреть, что же сообщают на тему грубых промахов другие авторы. Удалось найти немало шахматной литературы (книг и статей) на тему: «как побеждали...», или «затмение...», или «ошибки...». Также удалось отыскать великое множество решебников и сборников комбинаций для развития комбинационного зрения.

Хорошо, и как избежать зевков? Ответом было то ли молчание, то ли коллективное «Э-э-э...». Как писал Марк Твен: «— Том! — Нет ответа».

Это могло бы вызвать у меня изумление. Но я привык к тому, что на многие вопросы или нет ответа, или этот ответ меня по каким-то причинам не устраивает. Ситуация знакомая, так что пришлось думать самому. Почему, в конце концов, я сам не могу отыскать ответ на некий вопрос? Ответ может быть неполным, спорным или вообще ошибочным, но все равно это некий шаг вперед, к познанию неведомого. В меру своих сил я этот ответ сформулировал.

Фактически вопрос, как избегать ужасных шахматных промахов, разработан довольно слабо. Многочисленные авторы лишь разводят руками, говоря о напряжении борьбы и усталости, либо приводят ничему не помогающие конкретные шахматные варианты, бесполезные в другой позиции. Механизм, позволяющий снизить количество грубых ошибок, отсутствует. То есть как предотвратить зевок, не знает никто.

Что же делать? Тем лучше, подумалось мне. Надо самому придумать такой алгоритм (порядок) действий, который способен в какой-то мере снизить вероятность просмотров. По крайней мере, простейших. Тут же начал думать о том, насколько ситуация временного помутнения сознания актуальна в жизни. А ведь шахматы — лишь часть жизни. Возможно, для некоторых — лучшая ее часть.

Пришлось вспоминать не только историю шахмат, но и разные науки: философию, логику, психологию, медицину, историю, обществознание...

В результате размышлений возникло некое подобие системы, которая, быть может, в определеленной степени пригодна для применения в шахматной практике и даже способна реально содействовать повышению качества игры. Имею основания полагать, что ее тщательное усвоение может значительно повысить рейтинг читателя в достаточно короткий срок. Зевать будем меньше и реже. А вот промахи противника, может быть, удастся использовать более успешно.

Пока же поговорим о том, кто виноват. Пусть это немного снизит градус серьезности и чрезмерной солидности, позволит читателю чуточку отдохнуть.

Из-за чего мы ошибаемся за доской, или Кто виноват?

Этот вопрос на самом деле и серьезный, и вызывающий, буквально провоцирующий на юмористические ответы. Например, легендарный гроссмейстер Бент Ларсен утверждал, что никогда в жизни не выигрывал у здорового противника. То есть довольно часто причиной проигрыша его оппоненты считали не свою плохую игру, а свою болезнь. При этом, конечно, подразумевается, что противник здоров абсолютно. Он, противник, болен быть не может, иначе бы ему, больному, никогда бы у меня (кстати, тоже больного, но это неважно) не выиграть.

Это удобный подход, но я не уверен, что он способен помочь шахматному совершенствованию больного игрока. Итак, перечисляем помехи. Я пользовался своим опытом и опытом своих знакомых, так что в нижеследующем списке нет ничего преувеличенного или придуманного.

Шахматистам мешают: шум; тишина; мухи; комары (на полном серьезе — как-то в декабре 1993 года на весьма важном и выигранном мной турнире в Тюмени комары вели себя очень навязчиво и даже злобно); чавканье противников (они одновременно могут есть или не есть, чавкая, так сказать, вхолостую, а еще могут жевать жвачку); зевание противников (в самом прямом смысле); вздохи противников (жалобные или возмущенные, умиротворенные или гневные); взгляды противников (весьма разнообразные); предложение ничьей (далеко не всегда уместное и своевременное, а зачастую навязчивое); жалость к противникам (да, такое тоже бывает, особенно у детей, женщин и ветеранов); беспощадность к ним же; расслабленность (не выспался или мышцы затекли); излишняя скованность (ох, как я ее боюсь — как волка); монеты, звенящие в карманах зрителей от перемешивания их ладонью (очень популярное развлечение тысяч людей, мнящих себя поклонниками шахмат; особо изобретательные добавляют к монетам связки ключей, мобильники, чипы и пластиковые карты); гул машин за окном (то и дело сопровождаемый авариями, визгом тормозов и женщин, свистками и воплями); чрезвычайно болтливый главный судья с международной категорией (проблема из разряда нерешаемых); неправильно окрашенный или оштукатуренный турнирный зал (какой дьявольский удар по моим эстетическим чувствам!); мысли о бренности бытия (все там будем); воспоминания о неправильно проведенном вечере накануне; воспоминания о недавно умершем товарище; подозрения о читерстве противника; попытки вспомнить, играл ли так противник раньше и с кем, а если не играл, то почему; попытки представить, как бы сыграл на его (или моем) месте Григорий Левенфиш, любимый компьютер Веселина Топалова или Пол Морфи; желание поскорее вернуться в номер и посмотреть футбол; сонливость; бодрость; холод; голод; жажда; жара; дождь; буря; молнии; играющая в голове песня «Постой, паровоз»; красивые шахматистки, играющие в том же зале; некрасивые шахматистки, играющие в том же зале...

Любой читатель при желании может создать свой список того, что мешает шахматистам, и выслать его мне. Призываю вместе отыскать все помехи, от которых необходимо срочно оградить игроков, и вот тогда они немедленно всех поразят своими знаниями, умениями, навыками и достижениями. А пока приступаем к нашей теме.

Виды зевков

Эта классификация — исключительно плод моих размышлений, не претендую на ее полноту, но это самые очевидные и типовые зевки, которые мне удалось обнаружить.

1.Оставлятельный — фигура просто остается под боем после нападения, и ее забирает радостный противник.

2.Подставлятельный — фигура сама лезет под удар, и ее также безнаказанно забирают.

3.Обсчитательный — один из противников неточно просчитывает количество фигур, остающихся в результате тактических разменов. Скажем, у него оказывается на ферзя и слона меньше, чем он надеялся. Как правило, это влияет на исход партии.

4.Попустительский, или Наплевательский, — игнорируется по невнимательности сильная идея противника. То есть была возможность угрозу отразить, но делается ход, никак ей не препятствующий.

5.Самоуничижительный — не используется важный ресурс своей позиции. Всегда связано с ее недооценкой.

6.Уравнительный — вместо выигрыша форсируется ничья. Нередко связано с мирным настроем до партии.

7.Переставлятельный — явное нарушение намеченного порядка ходов. Последствия ужасны.

8.Ловушечный — в плохой позиции есть тактический шанс сбить противника с толку и спастись, но он не использован. Или в ничейной позиции есть шанс сыграть на победу, но он также не использован.

9.Дебютный, или Компьютерный, — когда аналитически не готов к партии и проигрываешь, по существу, не сделав ни одного хода. У противника партия «сделана» до самого финала!

10.Расслабительный — позиция выиграна, закипает ярость благородная на оппонента — как он смеет не сдаваться? Начинаешь играть быстро и тут же что-то подставляешь.

11.Забывательный — нередко связан с идеей рокировки, своей или противника. Король еще не ходил и внезапно сбегает с помощью рокировки. Или, наоборот, мы препятствуем рокировке, которая давно невозможна. Также можно пропустить троекратное повторение в выгодной позиции.

12.Стратегический — в партиях высокого класса встречается намного реже других, но все же встречается. Например, допускается размен, в результате которого противник явно преобладает на полях того или иного цвета.

Рекомендую читателям при изучении последующих примеров самостоятельно определить вид каждого зевка, это поможет лучше усвоить материал.


читать следующую главу