Шахматы в Питере Шахматы в Питере

№88

Ф. КАРУАНА - М. КАРЛСЕН

Лондон, 2018

1.е4 с5 2.Кf3 Кс6 3.d4 cxd4 4.Кxd4 Кf6   5.Кc3 e5 6.Кdb5 d6 7.Кd5 Кxd5 8.exd5 Кb8 9.a4 Сe7 10.Сe2 0-0 11.0-0 Фd7 12.Сd2 f5 13.a5 a6 14.Кa3 e4 15.Кc4 Кe5 16.Кb6 Лb8 17.f4! exf3 18.Сxf3 g5?I

Судя по затраченному времени, Каруана все еще находился на хорошо знакомой территории. Косвенно это обстоятельство подтверждает наличие в базе партии переписочников, также пришедших к этой позиции. Карлсен, как известно, относится к теории более снисходительно, поэтому он уже давно вынужден был принимать решения за доской.

Ход в партии - попытка привлечь и соперника к самостоятельному творчеству. Впрочем, прибегать к столь сильнодействующим средствам пока не было нужды. 18...Сf6 или 18...f4 было естественнее и лучше.

19.c4f4 20.Сc3Сf5

278

21.с5!

Самое логичное и сильное решение! Положение чемпиона мира стало угрожающим. К тому же и времени у него оставалось существенно меньше, чем у соперника. Правда, Фабиано продумал над ходом более получаса, что в большей степени является данью огромной значимости этой партии.

21...Кxf3+ 22.Фxf3 dxc5 23.Лad1!

Скорее всего, Каруана наметил этот ход, еще играя 21.с5! Хотя интересно и 23.Лае1!?, и 23..Кс4!?

23...Сd6

С идеей 24...g4. Пожалуй, данная позиция принадлежит к числу наиболее критических в матче. Найди претендент лучшее продолжение, он существенно приблизился бы к завоеванию титула.

278 2

24.hЗ?!

Понятно желание белых в корне пресечь контригру противника. В этом смысле 24.К с4 g4 25.Фf2 хотя и одобряется компом, с человеческой точки зрения выглядит не очень убедительно. Но когда замечаешь (если замечаешь!) 24.Фh5!, то сразу становится очевидно, что этот ход является сильнейшим. После 24...Cg6 25.Фh6 (компьютерное 25.ФhЗ Cf5 26.g4! слишком сложно) 25...Лf7 26.Лfe1 вторжение ладьи на еб должно решить партию. Единственная надежда черных - отчаянная контратака: 26...Фfe 27.Фxg5 Лf5 28.Фg4 f3, но можно не сомневаться, что доберись Фабиано до этой позиции, он без труда нашел бы выигрывающий вариант 29.gxf3 Сxh2+30.Крхh2! Фh6+ 31.Крg2 Лg5 32.Кd7. Но чем плоха профилактика? Ведь достоинства позиции белых никуда не исчезнут.

24...Фе8!

Теперь взято под контроль поле h5, ферзь перебирается на g6, а ладьи соединяются. Чудесным образом позиция черных преображается.

25.Кс4 Фg6 26.Кxd6 Фxd6 27.h4

Попытка 27.Лde1 Лbe8 28.Лxe8 Лxe8 29.Фh5 легко отражается с помощью 29...Фg6. Немного обещает и ход в партии.

27...gxh4! 28.Фxf4 Фxf4 29.Лxf4 h5

Неплохо и 29...h3.

30.Лe1 Сg4

Ничья становится очевидной.

31.Лf6 Лxf6 32.Сxf6 Крf7 33.Сxh4 Лe8 34.Лfl+ Крg8 35.Лf6 Лe2 36.Лg6+ Крf8 37.d6 Лd2 38.Лg5

1/2-1/2

Как и следовало ожидать, претендент со своими помощниками проявил гибкость и мастерство в подготовке. Вовремя перестроившись, Каруана впервые поставил перед соперником серьезные проблемы в дебюте. Для победы Фабиано не хватило того самого баланса, о котором мы уже не раз говорили. Безупречный домашний анализ натолкнулся на несовершенство человеческой игры, что привело вначале к резкому нарушению ритма принятия решения, а затем уже и к фактической неточности. Правда, надо отдать должное Карлсену. Единственного промедления соперника оказалось достаточно, чтобы выйти сухим из воды. Так что у восьмой партии оказался не столь печальный для чемпиона финал, как два года назад.

Тем не менее ситуация перед последней двенадцатой партией оказалась удивительно похожей. Счет оставался равным, и призрак тай-брейка стал вполне реальным. Как известно, тогда Магнус принял решение, вызвавшее у шахматного сообщества неоднозначную реакцию. Он фактически отказался от борьбы белыми, сделав ставку на быстрые партии. Правильность парадоксального, противоречащего нормальной шахматной логике хода чемпиона мира подтвердило течение, а самое главное, результат тай-брейка, сохранивший за ним звание чемпиона мира.

На этот раз ситуация все же была несколько иной. Белыми играл Каруана, и право выбора было за ним. Естественно, он не воспользовался рецептом оппонента, поскольку в рапиде преимущество Карлсена считалось очевидным. Но играть на победу в подобной ситуации также оказалось неблагодарным занятием. Поскольку психологическая составляющая этой важнейшей партип была куда весомее чисто шахматных решений, принимаемых игроками, нет особого смысла анализировать ходы, сделанные на доске. В действительности, загадочным представляется только самый последний ход, вернее, слово, его сопровождающее. Магнус предложил ничью в позиции, где вполне мог продолжать игру на победу без всякого риска. Подавляющее большинство экспертов осудило его за это решение, более того, некоторые считали, что проявленное им малодушие неизбежно скажется и на течении дополнительного мини-матча.

Так что расклад сил перед тай-брейком, вопреки предмат- чевым прогнозам, теперь вовсе не представлялся очевидным. Меня, например, совсем не удивила бы победа Каруаны, более того, в определенном смысле я счел бы ее вполне закономерной. Но задним числом, уже зная течение и результат дополнительных партий, иначе представляется психологическая составляющая этого решения. В Нью-Йорке хозяином положения изначально был Карлсен, поскольку белые фигуры были у него. В Лондоне, во всяком случае поначалу, характер игры определял уже его соперник. Если предположить, что Каруана продолжил бы повторять ходы в дебюте последней партии, Карлсен оказался бы в непростой психологической ситуации. С одной стороны, такой результат его, несомненно, устраивал, но в то же время и Фабиано таким образом продемонстрировал бы полную готовность продолжать борьбу на тай-брейке. В партии же Карлсен сделал предложение, от которого противник, по существу, не мог отказаться. Чемпион мира снова сам делал определяющий выбор. И это придало Магнусу дополнительную уверенность, значительно превышающую ту, что обещали ему чисто шахматные достоинства позиции. Поскольку игра на победу в отдельно взятой встрече была сопряжена, по его мнению, с куда большим риском, чем матч из четырех партий в рапид. Жизнь, как известно, подтвердила его правоту.

Течение и результат матча снова подтвердили определенную уязвимость Карлсена. Его огромный шахматный талант никуда не делся. Магнус по-прежнему играет в наиболее гармоничные и сбалансированные шахматы. Но подчеркнутое пренебрежение к дебюту предоставляет соперникам ощутимую фору. Раньше Карлсен компенсировал ее стабильно высоким уровнем концентрации как в течение отдельно взятой партии, так и на протяжении всего соревнования. Но чемпиону мира, как мы уже говорили, куда сложнее постоян но поддерживать запредельный уровень мотивации, чем конкурентам, жаждущим взобраться на Олимп. К тому же ему далеко не всегда удается справиться с психологическим давлением, которое с годами только усиливается. Поэтому очевидно, что кто бы ни бросил перчатку действующему чемпиону в следующем цикле, будет иметь серьезные шансы на победу. Рецепт для этого чрезвычайно простой: победа в турнире претендентов.

Мы посвятили так много времени борьбе за мировое первенство не только потому, что спортивная составляющая в наше время является доминирующей в шахматах. В соревновании сильнейших гроссмейстеров мира наиболее отчетливо проявляются тенденции развития игры - собственно, это и является темой данной книги. Раньше каждому большому шахматисту был присущ свой, неповторимый стиль, безошибочно узнаваемый даже без обозначения действующих лиц. Вторжение компьютеров нарушило естественный баланс, определявший индивидуальный почерк звезд. Все более высокие стандарты, навязываемые ЖД, несомненно, повышают качества игры условного среднего игрока, но лишают своеобразия и самобытности шахматистов, наделенных настоящим оригинальным талантом. Все же и сейчас на самый верх можно взобраться только в том случае, если будет достигнута максимальная гармония между резко изменившейся системой подготовки и неповторимой индивидуальностью игрока.

На общем фоне примерных учеников ЖД выделяются отдельные личности, стремящиеся нащупать свою дорогу в шахматах. Некоторые из них пытаются уже с первых ходов придать партии иррациональный характер.

  читать следующую главу