Шахматы в Питере Шахматы в Питере

ШАХМАТЫ В ШВЕЙЦАРИИ.
ТУРНИРЫ В БИЛЕ

Шахматы в Швейцарии стали развиваться позже, чем в окружающих ее странах, медленнее, чем в Австрии, Герма­нии, Франции. Первый шах­матный клуб был основан в Цюрихе в 1809 году (за этот клуб я теперь выступаю), пер­вый чемпионат страны состо­ялся в 1889 году. Насколько сильно играли тогда швейцар­цы? На этот вопрос ответить трудно. Но некоторые факты доказывают, что играли непло­хо. В историю советских и ми­ровых шахмат вошло имя мас­тера Ильина-Женевского. Бу­дучи коммунистом в царской России, Александр Ильин был вынужден на время покинуть свою страну. Он жил в Жене­ве, принимал активное участие в шахматной жизни. Возмож­но, он выиграл однажды чемпионат города Женева, но пря­мого доказательства — табли­цу того турнира - мне найти не удалось. Будущему победи­телю Капабланки (Москва 1925) в соревнованиях со швейцарцами не раз приходи­лось туго. Сохранилась табли­ца турнира в Монтре 1914 г., где Ильин набрал 50% очков.

Многократный чемпион страны П. Ионер в 20-е годы прошлого века не раз, и не без успеха, участвовал в гроссмей­стерских соревнованиях. В международном турнире 1958 года в Цюрихе Д. Келлер обыграл молодого чемпиона США Р. Фишера. Но по-на­стоящему интерес к шахматам в этой стране проявился, ког­да самоучка, житель Цюриха Вернер Хуг в чемпионате мира среди юношей обыграл пред­ставителя СССР Р. Ваганяна и стал чемпионом мира! Вот когда закипела шахматная жизнь — возникли новые со­ревнования: командное пер­венство страны, международ­ные турниры в Биле, Женеве, Лугано, где стали участвовать резко возросшие в числе силь­нейшие шахматисты страны, куда стали стекаться любите­ли и профессионалы этой игры со всей Европы. Мой переезд в Швейцарию в 1977— 78 году тоже сыграл положи­тельную роль.

Проведение соревнований в тоталитарных странах регла­ментируется правительством, организуется по приказу влас­тей. В демократических стра­нах проведение турниров зависит от энтузиазма людей, ко­торые занимаются их органи­зацией. Особенно эта связь прослеживается на судьбе со­ревнований, которые провозг­лашаются ежегодными, традиционными. На деле их тради­ционность зависит от здоровья одного, иногда двух человек, которые организуют турнир, обеспечивают финансовую по­мощь и т.д. Так, в Лугано про­водился крупнейший опен, который перестал существовать с выходом на пенсию его орга­низатора Франческо де Мария. Так, лучшие дни опена в Биле были связаны с деятельностью его организатора Ганса Сури. Он проводил этот турнир 30 лет, с 1968 по 1997 год! Он обеспечил финансовую под­держку турниру банком Credit Suisse. Впервые я сыграл в Биле в напряженном для меня 1979 году и не без везения выиграл турнир с результатом 12 из 13- ти. Впоследствии я не раз иг­рал в том турнире. Не всегда удачно, бывало, и проваливал­ся. Турнир всегда проводился в конце июля. В городе жарко, душно. Душно и в турнирном зале. А я, вообще, считаю, что шахматист, тем более профессионал, должен приходить на игру, как на праздник. К тому же, что касается меня — noblesse oblige! Приходится да­вать фору молодому человеку, прибегающему на игру в тор­тиках. Но когда я чувствую, что одет не так хорошо, как хоте­лось бы — я хуже играю...

В начале XXI века в зале, наконец, установили конди­ционер. И после многолетнего перерыва я опять выиграл тур­нир. Не без везения, признать­ся. Турнир был совсем молодежный. Я годился в дедушки, а то и прадедушки каждому участнику. В итоге я набрал всего на очко больше пятиде­сяти процентов, «+2», но это­го оказалось достаточно для первого места.

Запомнилась партия с Грищуком. У меня был небольшой перевес. Мой ферзь стоял на центральной линии «d». Черные вышли ферзем на эту линию, предложили размен ферзей. Неясно было, выигран ли энд­шпиль, и я отступил ферзем. В обоюдном цейтноте я понял, что, уступив центральную ли­нию противнику, выиграть не в силах. Я вернулся на линию «d», и ферзь черных тут же сбежал с этой линии. У белых стало вы­играно. Через несколько ходов черные сдались. «Почему вы сбежали с линии “d”? — спро­сил я партнера, — почему не раз­меняли ферзей?» «Видите ли, это был последний ход перед контролем времени. У меня ос­тавалось две секунды. С d7, где был мой ферзь, до вашего, на d2 — далеко. Я бы просрочил время, делая такой длинный ход», — ответил Грищук.

Запомнилась и еще одна партия из того турнира, на фи­нише. Играю с Пеллетье; у меня лучше, и он в сильном цейтно­те. А я играю не спеша. Вдруг — он задумался на несколько се­кунд над ходом, а я посмотрел на свои часы. У меня осталась одна секунда! Какой по счету ход — не имею понятия, но я решил во что бы то ни стало сделать следующий ход. Он сыг­рал, я молниеносно ответил. Успел! Оказалось, это был 40-й ход... Я выиграл партию. Инте­ресно: сколько времени нужно пожилому человеку, чтобы из­бавиться от такого десятисе­кундного стресса? День, месяц, год? Не знаю, но больше я ус­пехов в Биле не имел...

Как я уже говорил, обычно я отказываюсь выступать в ве­теранских соревнованиях, но для командных турниров иног­да делаю исключение. В фев­рале 2004 года меня попроси­ли возглавить сборную Швей­царии на первенстве Европы среди ветеранов в Дрездене. В предпоследнем туре наша в общем-то слабенькая команда встречалась с московской Академией шахмат. Я играл на первой доске против Васюко­ва черными. Надо сказать, что Васюков не выиграл у меня ни одной партии, а я выиграл у него несколько, в том числе и черными. Здесь он меня совер­шенно переиграл и на 40-м ходу мог получить решающее преимущество. Мы играли с электронными часами; Васю­ков позже объяснил, что не мог разобрать их показания, испу­гался просрочить время и сде­лал какой-то посторонний ход. Через несколько ходов я пере­хватил инициативу, выиграл совершенно безнадежную позицию, и в итоге команда Швейцарии разделила первое место с немцами.

Судя по реакции делового мира на шахматы, они зани­мают теперь в Швейцарии со­лидное место. Время от време­ни они, также как и в Герма­нии, используются в реклам­ных целях. Так, в год 2000 воз­никла идея пропагандировать молочные продукты при помо­щи шахмат. Конкретно: Мил­ка, умная корова Милка игра­ет в шахматы и выигрывает. У кого? У гроссмейстера, конеч­но. Пригласили меня. Съемки проводились в Лондоне. Гово­рят, я неплохо сыграл свою роль. Проиграв Милке, я рас­строился, сбил шахматы и убе­жал. Почти как в жизни...

следующая глава