Шахматы в Питере Шахматы в Питере

 Предисловие.

 Нимцович — смелый пионер, уверенно пролага- ющий в дебрях шахматных возможностей новые оригинальные пути.

Его книга «Моя система» представляет большой логический и психологический интерес.

Эмануил Ласкер

Вообще говоря, я не любитель предисловий. В данном случае оно представляется, однако, необходимым, так как предлагаемая мною система так нова, что предисловие должно приветствовать­ся в качестве желанного посредника между нею и читателем.

Моя система появилась не сразу, а выросла медленно и постепен­но, я сказал бы — создалась органически. Конечно, основная идея, а именно мысль проанализировать элементы шахматной страте­гии (каждый элемент отдельно от прочих), — эта мысль подсказана вдохновением. При изложении системы было бы, конечно, совершен­но недостаточно, если бы я, говоря, например, об открытой линии, указал только, что таковую следует занять и использовать; или — о проходных пешках, что их необходимо блокировать; нет, уяснение системы требует углубления в детали. Предупреждаю вас, мои лю­безные читатели (хотя это, быть может, и покажется несколько ко­мичным), что для меня «проходная пешка» как бы живое, разумное существо, со своими невысказанными желаниями, надеждами и со­мнениями, которые нам приходится в ней угадывать. Точно так же обстоит дело с «пешечными цепями» и другими элементами шахмат­ной стратегии. Для каждого из этих элементов мне хочется дать вам ряд простых правил, которые вы сумели бы применить на практи­ке, — правил, уходящих целиком в детали, которые могли бы помочь вам разобраться даже в сложных на вид сцеплениях случайностей, которыми так богаты дорогие нашему сердцу шахматы.

Во второй части книги мы говорим о позиционной игре, особен­но о ее новейшей, так называемой «сверхсовременной», форме. Много раз отмечалось, что я являюсь основателем этой «новейшей школы»; полагаю, что читателю будет интересно узнать, что я сам об этом думаю.

Обычно учебники пишутся в сухом, научном тоне. Полагают, по- видимому, что они теряют что-то в своем достоинстве, если дать кое-где место юмору. Я не разделяю подобного взгляда; больше того, я считаю его в корне неправильным: в удачной шутке подчас больше внутренней правды, чем в самой что ни на есть «научной» серьезности. Являясь определенным сторонником более свобод­ного стиля изложения, я охотно прибегаю подчас к сравнениям, взятым из повседневной жизни, если нахожу, что они помогают внести ясность в то или иное сложное положение.

В некоторых местах я привожу схемы для того, чтобы отвле­ченное построение (идея) выступило по возможности нагляд­нее. Это делается не только из педагогических соображений, но и в интересах собственной «безопасности», ибо в противном случае посредственно одаренные критики — встречаются и такие — не сумеют или не захотят, быть может, увидеть подлинное содержа­ние моей книги: разветвленную конструкцию системы во всей ее полноте (как единое целое), а не только ряд отдельных частностей. Некоторые вопросы, особенно в первых главах, кажутся очень простыми, но это, по-нашему, скорее достоинство, чем недоста­ток. Приведение хаоса к определенному количеству соподчинен­ных правил — вот что я могу поставить себе в заслугу. Как просто звучит, например, «5 специальных случаев на 7-й и 8-й горизон­талях», но как трудно было извлечь их из хаоса. Или «открытые линии» и «пешечные цепи». Само собой разумеется, последующие главы будут труднее, так как книга построена на постепенном ох­вате темы, но я упоминаю о трудностях не для того, чтобы при­крыться этим щитом от нападений некоторых критиков, — я со­общаю лишь о них читателю. Еще на одном вопросе хотелось бы остановиться: по большей части я привожу партии, игранные лич­но мною. Я полагаю, что это мое неоспоримое право — иллюстри­ровать мою систему моими же партиями. (В частности, я при­вожу также некоторое количество других партий.) Полагаю, что с этой стороны упреков не встретится.

Передаю после сказанного выше мою книгу на суд читателю и выпускаю ее в свет с легким сердцем. В книге найдутся, несомнен­но, те или иные недостатки — невозможно было для меня осветить все уголки шахматной стратегии, но все же беру на себя смелость думать, что предлагаемая книга является первым настоящим учебником шахматной и г р ы, а не одних только дебютов.

Август 1925 г.

А.Нимцович

 

читать следубщую главу