Шахматы в Питере Шахматы в Питере

Дебютный костюм

Вадим Звягинцев, гроссмейстер

266

Марк Израилевич не любил общих слов, он старался опираться на факты, варианты. Единственным исключением являлся, пожалуй, его отзыв о собственном дебюте.

«Лохмотья из отдельных воспоминаний и некоторых дебютных систем, которые мне довелось анализировать вместе с учениками, никак не могли составить мало-мальски приличного дебютного костюма». Эта фраза типична для Марка Израилевича, он не раз говорил нечто подобное о своем дебютном репертуаре. Однако факты это не подтверждают. На самом деле в его карьере игрока очень мало партий, которые он проиграл, по дебюту. Я недавно пересмотрел большинство партий М. И. и не обнаружил фактов, подтверждающих его дебютную несостоятельность. И у меня возникло желание разобраться в этом вопросе исключительно на фактическом материале, без эмоциональных умозаключений.

У Дворецкого-тренера и Дво- рецкого-игрока было принципиально разное отношение к дебюту.

«Я убежден, что изучение дебюта в шахматах—это только часть работы тренера с юными шахматистами, причем не самая глав
ная. Чем слабее шахматист, тем меньшую долю времени должна занимать работа над дебютом, тем больше надо совершенствоваться в других областях». Действительно, это ключевой постулат в его тренерской деятельности. Он считал, что сильный шахматист должен примерно половину времени заниматься дебютом, а чем игрок слабее — тем меньше.

267

Вадим Звягинцев и Марк Дворецкий

И в той же самой статье «Полемические размышления», вошедшей во второй том «Книги для друзей и коллег», есть другой постулат. «Справедливости ради следует заметить, что целенаправленное накопление дебютных знаний приносит в той или иной степени пользу шахматисту. Этот процесс бесконечный».

Постулат звучит как тренерский, но это не совсем так: мало кто знает, что Марк Израилевич занимался дебютом всегда, причем уделял этому довольно много времени. Это выглядело скорее как отдых от основной работы — например, когда он заканчивал очередную статью, то садился за дебют, но занимался им в более расслабленном режиме. Когда комментировал сложные партии, то всегда сопровождал их дебютным анализом. Аккуратно следил, что на эту тему советует теория, смотрел дебютную стадию с компьютером, иногда даже черпал из этого определенные упражнения.

Марк Израилевич никогда не учил дебюту, но у него очень многому можно было научиться. Он мог произнести фразу вроде: «Я что-то такое смотрел», и нужно было попросить, чтобы он об этом рассказал. Сам он никогда не предлагал показать свои дебютные разработки. Только иногда, во время разбора партии, мог сказать: мол, я тут что-то смотрел, если интересно — могу показать. Я очень многому научился у Дворецкого именно в дебюте, но нужно было самому задавать вопросы.

Он старался играть нефорсированные дебютные варианты. Скажем, часто играл с учениками в блиц. Обычно это были матчи из 10-ти партий. А ученики — не какие-то начинающие, а сильные гроссмейстеры. Со мной все матчи проходили по одному сценарию: в первых партиях Марк Израилевич меня громил, потом игра уравнивалась; в целом матчи проходили в равной борьбе. Он рассказывал, что успешно боролся на сборах и с топ-игроками. Мне хотелось с дебюта опровергнуть его построения, но Дворецкий расставлял весьма огнеупорные схемы, одна из них - его коронное Староиндийское начало. Он чувствовал этот дебют кончиками пальцев, внес большой вклад в его развитие.

Я не раз предлагал Марку Израилевичу начать снова играть в турнирах по рапиду и блицу, где он был большим специалистом - в последние годы появилось множество новых турниров, например, ветеранские чемпионаты с укороченным контролем, там играло много добрых знакомых М. И. Но он был полностью увлечен своей работой — 24-х часов в сутки ему никак не хватало.

Марк Израилевич скромно говорил, что черными он получает хуже, а белыми не претендует на перевес. Но можно трактовать это иначе: черными он получал прочные позиции, а белыми выходил на длинную игру, которая объективно не слишком приятна для черных. Считаю, что для блица у него был прекрасный дебют.

То же самое можно сказать и о двух турнирах в Испании в 1996 году, которые мы сыграли вместе. Поделюсь своими впечатлениями. Во 2-м туре одного из них у него был небольшой провал, но соперник (существенно более слабый) его не использовал. На следующий день дело кончилось печальнее: «...Играя в 3-м туре против Ногейраса, я в хорошо известной (но не мне) спокойной позиции на ровном месте зевнул пешку и в дальнейшем, как ни старался, избежать поражения так и не смог».

Я хорошо помню, как всё было на самом деле. В этих двух турнирах он играл черными «каменную стену». Но перед партией с Но- гейрасом мы решили, что против такого солидного позиционного шахматиста лучше сыграть что-нибудь другое. Мы боялись, что он сможет позиционно зажать черных, хотя, быть может, необоснованно. Мы посмотрели, что кубинец играет белыми Каталонское начало, а тогда еще не были написаны монументальные труды Авруха, и «каталон» считался дебютом с хорошими ничейными тенденциями. И мы логично рассудили: почему бы не сделать черными ничью, если соперник играет не самый агрессивный дебют (по тогдашним меркам). Но потом Марк Израилевич что-то перепутал; так что там дело не в дебюте, просто мы немножко рискнули.

«В 1992 году молодой мастер Володя Крамник принял участие в одной из сессий школы Дворецкого-Юсупова для одаренных юных шахматистов. Он, в частности, рассказал там о своем видении основных идей системы “каменная стена” в Голландской защите. Его превосходная лекция вошла в нашу книгу “Позиционная игра”, недавно вышедшую в Англии. Я захватил ее с собой.

Проблема игры против 1.d4 всегда была для меня трудной. В Испании я перечитал лекцию Крамника (это не отняло много времени), после чего трижды сыграл черными “каменную стенку” -одну партию выиграл и две завершил вничью».

Добавлю только, что «стенку» играл и Артур Юсупов, и у Ботвинника она была одним из репертуарных дебютов — все это имело отношение к выбору дебюта. Свежая информация в виде лекции наложилась на более фундаментальные знания. В остальных партиях Дворецкий, по сути, доминировал в дебюте. Без особой подготовки, просто за счет общего уровня, причем его соперниками были в том числе неплохие гроссмейстеры. Так что никакого подтверждения версия о плохой дебютной подготовке не получила.

Например, Аренсибию он поймал на ту же позицию, что встретилась в партии Дворецкий - Смыслов, 1974. Марк Израилевич запутал соперника порядком ходов; вот эта партия с его собственными примечаниями.

34.Испанская партия С68

М. ДВОРЕЦКИЙ- В. АРЕНСИБИЯ

Терраса 1996

1.е4 е5 2.Кf3 Кс6 З.СЬ5 а6 4.Схс6 dxc6 5.КсЗ.

Я отказался от обычного 5.0-0 — слишком уж много теории накопилось здесь за прошедшие годы.

Вальтер Аренсибия был настроен по-боевому. Он надолго задумался и наконец сделал ход, немало меня порадовавший.

5...Фе7?! 6.d4.

Я сразу сообразил, что противнику трудно будет уклониться от выгодной для белых позиции из моей партии со Смысловым (Одесса 1974; см. партию № ???). Аренсибия вспомнил о ней чуть позже, чем следовало, и, разумеется, мысль о том, что он угодил на хорошо знакомые партнеру рельсы, отнюдь не улучшила его настроения.

6...exd4 7.Фxd4 Сg4 8.Сf4! С xf3 9.gxf3 Лd8 10.ФеЗ Кf6.

Вариант 10...Фb4 11.0-0 Сc5 12.Фe2Фxb2 13.Кa4Фa3 14.Кxc5 Фxc5 15.Сxc7Лd716.Сg3c после- дующим 17.Лad1 выгоден белым, однако игру черных усиливает ход 12...Сd6!. Поэтому белым следует продолжать 11.Схс7! Лd7 (сомнительно 11...Сс5 12.Фg5 Се7 13.Фе5! Лd7 14.0-0) 12.аЗ Фхb2  13.Ла2 Сс5! 14.Лхb2 СхеЗ 15.fxe3 Лхс7 16.Ка4 с заметно лучшим эндшпилем.

11.0-0 Кh5 12.Сg3 Кxg3 13.hxg3 Фе6.

Кубинский гроссмейстер решает уклониться от размена ферзей. Однако в миттельшпиле задачи, стоящие перед черными, на мой взгляд, еще более трудны, чем в эндшпиле. Ход Смыслова 13...Фс5 все-таки более надежен.

14.Лad1 Лxd1 15.Лxd1 h5?!

Это уж чересчур! У черных нет никаких шансов создать атаку: их силы разъединены, на h5-h4 всегда есть ответ g3-g4. Лучше было «нормальное» 15...Се7.

16.Фа7! Фс8 17.Ф4 Лh7.

Грозило 18.Фе5+. В случае 17...f6 белые вскрывали линии ходом 18. е5.

18.е5 Лh6.

268

19.Ке2!

Правильный план! На е4 конь стоял красиво, но и только, зато с поля d4 он возьмет под контроль важные поля е6 и f5.

19...Се7 20.Фе4 Крf8 21.Кd4 Фd7?! 22.Лd3 Фе8.

В случае 22...Фd5 проще всего решает 23.Фf5!.

23.f4 Крg8 24.f5.

Черным нечем ходить. Как это часто случается в подобных ситуациях, они начинают «дергаться», тем самым ускоряя развязку.

24...С5 25.Ке2 ФЬ5? 26.Лb3 Фа5 27.ЛхЬ7 Фе1+ 28. Крg2 h4 29.Лb8+ КрЬ7 30.f6+ g6 31.gxh4.

Черные сдались.

А в последней партии с Исетой Марк Израилевич меня удивил. У него оказалась мощнейшая заготовка — наверное, он анализировал ее с Долматовым или Юсуповым. Учитывая ту уверенность, с которой Дворецкий рассказывал об этом плане, а потом играл за доской, скорее всего, это была его собственная идея. Слишком уж тонко он ее чувствовал.

35.Защита Каро-Канн В13

М. ДВОРЕЦКИЙ - Ф. ИСЕТА

Терраса 1996

1.е4 с6 2.d4 d5 3.exd5 cxd5 4.c4 Кf6 5.Кc3 Кc6 6.Кf3 Сg4 7.cxd5 Кxd5 8.ФЬЗ Сxf3 9.gxf3 Кb6.

Вторая по распространенности система после 9...e6.

10.d5!

Каро-Канн был основным оружием Исеты, в этом варианте у него была недавняя партия с О. Корнеевым, проходившая в целом с некоторым дебютным перевесом белых. Собственно, эта линия считалась главным, хотя и не особенно убедительным возражением на несколько рискованную систему черных. Вряд ли можно утверждать, что данное продолжение стоит в центре общеизвестных теоретических дискуссий. Каково же было мое удивление, когда Марк Израилевич сообщил мне перед партией, что у него в запасе есть мощная новинка, претендующая на очевидный перевес в сочетании с простым планом дальнейшей игры!

Упомянутая партия продолжалась следующим образом: 10.CеЗ е6 11.0-0-0 Cе7 12. Крb1 0-0 13.d5 Кxd5 14.Кxd5 exd5 15.Лxd5 Фс7 16.Се2 Лad8 17.Лhd1 Лxd5 18. Лxd5 Сd6 19.h4 Сf4°o Корнеев - Исета, Алькобендас 1994.

10...Кd4 11.Сb5+ Кd7 12.Фа4 Кxb5 13.Фхb5 g6.

269

14.0-0! Сg715.Лe1!

Новинка, удивительная по простоте и силе. После данной партии вариант стал основным за белых. Идея проста: отложить взятие на b7 и иметь возможность сыграть Cg5 с темпом, а также в ряде вариантов препятствовать ходу Ке5.

Встречалось 15.Фхb7     0-0 16.Cg5 (16.Cf4 Ке5+), и теперь после 16...Лb8      17.Фха7 СхсЗ 18.ЬхсЗ Ке5 черные легко уравнивают. Можно попробовать переставить ходы — 15.Кg5 и на принципиальное 15...h6 временно пожертвовать фигуру 16.Cxe7 Фхе7 (16... Крхе7? 17.ФЬ4+ Кре8 18.Лае1+ Се5 19.f4+- фон Гляйх - Фетте, Гамбург 1987) 17.Лfe1 Се5 18.f4 0-0 19.ЛеЗ Фf6 20.fxe5 Кхе5 21.Фе2, но после простого 21..Кd7 положение черных не хуже за счет слабости белого короля.

15...0-0 16.С g5!

Мы некоторое время перед партией смотрели эту ключевую позицию, в которой у черных много продолжений (напомню, время было еще «докомпьютерное»). Несмотря на испорченную пешечную структуру и вследствие этого ослабленное положение короля белых, мне не удавалось решать за черных конкретные проблемы, стоящие перед ними. С того времени было сыграно немало партий, но оценка в целом осталась неизменной: у черных не только объективно похуже, но им также гораздо сложнее играть.

16...Ке5.

Испытывались и другие продолжения: 16...Ле8 17.d6 Сf6 18.dxe7 Лхе7 19.Лхе7 Лхе7 20.Лd1 Сxg5 21.Лxd7 Фf6 22.Фхb7 Ле8 23. Крg2 Сf4 24.Кe4 Фf5 25.Фха7 Сe5 26.b4 h5 27.Лe7 Лхе7 28.Фхе7 Фf4 29.h4+- Поткин — Ван Хао, Нин- бо (рапид)2010;

16..Кf6.Фхb7±;

16...Сf6 17.Сxf6 exf6 (17... Кxf6 18.Фхb7 Ле8 19.Лad1 Фd6 20.Ке4 Фf4 21.ФbЗ± Шанава - Ипатов, Тромсе 2014) 18.Лad1 Ке5 19.ЛеЗ Фс8 20.d6 Лd8 21.Кd5! Кажется зевком, но на самом деле ведет к большому перевесу (21.Фd5 Фf5 22.Фе4 Фхе4 23.Кхе4 (Крg7= Долматов — Дьячков, Элиста 1996). 21... Кхf1+ 22. Крf1 Кxh2+ 23. Кре1 Крg7 24.Кxf6! Фf5 25.Фxf5 gxf5 26.Кh5+ Крg6 27.Лh3 Кg4 28.d7 f4 29.Кxf4+ Крf5 30.Лh5+ Крf6 31.Лd4 h6 32.Кd5+ 1-0 (Марин — Фрессине, Ситжес 1999);

16….Сxc3!? Вероятно, сильнейшее продолжение, одобряемое компьютером, которое начали играть лишь недавно. Размен сильного слона, ослабляющий к тому же короля, выглядит необычно. Разумеется, подобный размен является правильным далеко не всегда. Марк Израилевич всегда обращал особое внимание на подобный прием и предлагал ученикам на эту тему много упражнений и классических партий, наиболее известная из которых, на мой взгляд, Хименес — Ларсен. По этой причине мы немного посмотрели этот ход перед партией, но, кажется, быстро пришли к выводу, что он не особенно хорош. Что и неудивительно, поскольку без предварительного компьютерного анализа защищаться здесь черным сложно.

17.bxc3 f6 18.Сf4 (интересно не встречавшееся на практике 18.d6!? exd6 19.Сh6 Лf7 20ФхЬ7 — в открытой позиции король черных слаб, и уравнять им будет непросто) 18...Лf7 19.Лad1 b6 20.Фе2 Лс8 21с4 Кс5 22.Сс1 Фd7 23.СаЗ Фа4 24.Схс5 Лхс5 25.Лd4 Фd7 26.Ле4 Лс7 27.Ле6 Фа4 28.Ле4 Фd7 29.Ле6 Фа4 ЗО.Ле4 Фd7 1/2-1/2  (Шолак - Коваленко, С.-Петербург 2013).

270

17.ЛеЗ!

Черный конь оказывается неустойчивым, а подкрепить его ходом f7-f6 — значит признать явный позиционный перевес белых. Кроме того, f3-f4 все равно будет на повестке дня.

17...Ле8 18.Сf4.

Неплохо было и 18.Лае1, практически вынуждая 18...f6 19.Сf4±.

18...Кd7 19.ФхЬ7КЬ6.

Черные делают единственные ходы, и перевес белых еще не так очевиден.

20.Лd1l! (защищая пешку d5) 20...Лс8.

Или 20...Кс4 21.Ле2!  (21.Ле4 Кd6=) 21...Кd6 22.Фа6 Кf5 23.Фа4 Фс8 24.Ле4±.

21.d6! (21.Фха7?! Лс4 22.Ле2 Кxb2)     21...exd6 22.Лxd6 Фh4

23.С g3 Фс4.

Сомнительное решение, но выбор был уже довольно труден.

23...ФhЗ 24.Лхе8+ Лхе8 25.Ке4 Сxb2 26.Лd1 Фс8 27.Фха7 Фс6 28.Кg5 Лf8 29.Лd8 Фс1+ 30.Крg2 Фxg5 31.Лxf8+   Крxf8

23...Фb4 (вероятно, сильней- шее) 24.Лхе8+ Лхе8 25.Фха7 СхсЗ 26.Лхb6 Ле 1+ 27.Крg2 Фс4 28.Фа6 Фха6 29.Лха6 Сxb2 30.Сf4 Сd4 31.Лd6+.

24.Лс6! Фd4 25.Лхс8 Лхс8 26.Фха7 Фb4.

Предьщущие ходы не были форсированными, но суть позиции принципиально не поменялась: у белых лишняя пешка и в перспективе атака на короля или выигранный эндшпиль.

27.Cс7.

Точнее 27.Ке4! Лс1 + 28. Крg2 Фb5 29.Фxf7+ Крxf7 30.К d6+ Крg8 31.Кxb5 Сxb2 32.Кd6 с выигрышем.

27...Cd4 28.C xb6 CхЬ6 29.Фb7.

Проще 29.Ф7 Лс5 (29...Лf8 30.Ле2) 30.Ле8+ Крg7 З1.Фе7+-

29...Фс5 (29...Лd8   30Крg2!) 30.Фе7?

Единственная реальная ошибка Марка Израилевича за всю партию. В ход борьбы вмешалось сразу несколько факторов - последний тур с накопившейся усталостью, а также сильный цейтнот соперника. Тем не менее выигрыш был еще непрост: после заманчивого 30.Кd5 Крg7! (30... Фс1+ 31.Крg2 СхеЗ 32.Фхс8+ Фхс8 33.Ке7+ Крf8 З4.Кхс8 Сс5 35.а3! Кре8 36.b4 с победой) 31.Фхb6 Фxd5 у черных хорошие шансы на ничью.

Правильным было спокойное ЗО.Ле2, сохраняя две лишние пешки. Но именно так играть в цейтноте соперника довольно сложно.

30...Фf5!

Видимо, этот ход просто выпал из поля зрения белых, и позиция становится неясной.

31.Ле2! Фхf3 32.Фе4 Фf6 33.hЗ! (профилактика) 33...Лс5?!

На 33...Фg5+ находилось 34.Фg4, но лучше было 33...Сd4. 34.Фе8+ Крg7 З5.Ке4. Сильнейшее продолжение!

Оно форсирует игру и ставит перед черными сложные задачи.

35..Лg5+?

Это цейтнот, однако после 35...Лс1 + 36.Крg2 Фf4 37.Фе7 Cс7 38.Кg3 черным вряд ли удастся избежать размена ферзей.

36.Кxg5 Фxg5+ 37. Крf1 Сd4 З8.Фс8?!

Неточность, осложняющая реализацию; 38.Фd7+-.

38...Фd5!

Кажется, что черные получают контригру, но...

271

39.Лd2!

Неочевидный и очень техничный ход. Шахи ни к чему не приводят, а слон на d4 неустойчив.

39...Фb5+ 40. Кре1 Схb2 41. Фс2 Сf6 42.а4 ФЬ7 43. Кре2 h5 44.Фс4 Фh1 45.Лd7.

Черные сдались.

Отличная победа в решающем туре! Марк Израилевич в своих примечаниях критиковал собственную игру во второй половине партии, но в реальности после единственной ошибки была сильная и плотная игра и ряд выдающихся технических решений, среди которых выделяется 39.Лd2!

Отдельно следует отметить, что эта партия стала важным вкладом в теорию, и план Дворецкого с тех пор является основным оружием белых в борьбе за перевес в этом варианте.

Возможно, в годы его активных выступлений в турнирах дебютных репертуар Дворецкого казался не очень солидным. А по нынешним временам у него очень хороший репертуар. Скажем, сицилианские без d2-d4 сейчас играются на самом высоком уровне.

читать следующую главу